Bondero.Бакум и Карман

Бакум и Карман

Из разговора с Кириллом я выяснил, что в Париж мы приехали зря и нужно теперь лететь в Москву. Кирилл сказал, что сейчас там выступает группа
«Цирк» и через солиста можно пронюхать где скрывается Лёня.
Мы идем на восток по Александровскому Саду, потом на север по Арбату, переходим Москву реку по Кузнецкому и выдвигаемя на Крымский Вал чтобы заодно посмотреть выставку АЕСов в ЦДХ.
«Технодекаданс» – один из московских кафе-ресторанов, недавно открытых, чтобы обслуживать бесчисленное множество студентов и туристов, которые стали частью образа современной Москвы. Маленькое, тускло освещенное помещение, где можно со стаканом вина просидеть весь день. Рядом библиотека, основанная Чернышевским. Это очень смешанный район, соединение древности и модерна, или проще говоря, гипермодерн.
Музыкальный ансамбль как раз устраивался на сцене. Лидер, Сергей Бакуменко или Бакум, полноватый очкарик, играет на фортепиано. Я спросил, можно ли угостить его выпивкой.
За бокалом виски Бакум сказал, что Леонид обычно останавливался в квартире на Чистопрудном бульваре недалеко от поворота тринадцатого трамвая в сторону Красных Ворот.
– Вы знаете маршрут тринадцатого? – спросил он. – Там есть большая торговая аллея на площади. Обычно мы встречались с Леонидом в кафе, оно называется «От Мельбурна до Польши». Лёня всегда опаздывал. Я ждал его, гулял по торговой аллее, разглядывал бабушек с собачками, пил аперритив. Но так получилось, что я не видел Леонида в последний раз, когда он приехал из Парижа. Хотя с ним был Карман.
-Эй, Карман, можешь что-нибудь сказать этому парню о Лёне?
Карман, любитель одеться потеплее, типа летом в пальто, с мягким вкрадчивым баритоном, был сыном чилийского дипломата до прихода к власти Пиночета ,у него даже фамилия была соответствующая –Петрелли.
– Конечно. Когда он приехал из Парижа, я встретил его на Курском вокзале. Мы пошли вместе на обед в кафе «Фурманный» в Подкопаевском переулке. Вы знаете это место, недалеко от Китай города, где околачиваются торговцы матрёшками?
Я знал это место. Студенты, изучающие дизайн в Строгановке, часто рисуют там. И, конечно, туристы. Эти улицы закрыты для движения транспорта, хотя иногда там появляются случайные машины и, будто бегемот ,крадущийся по газону, прокладывают себе путь в толпе.
– По-моему, Лёня кого-то ждал, – продолжал Карман. – Он почти каждую минуту опускал газету и смотрел то вправо, то влево. Потом к нему подошел какой-то парень, я прежде его не видел, что-то прошептал и ушел.
После этого Лёня извинился и сказал, что должен кого-то повидать. Я никогда раньше не видел, чтобы он так себя вел. В тот день мне нечего было делать, и я пошел за ним.
Он направился в кафе по Сретенскому бульвару , к Бакштейну. Это такое место, где можно найти кошерную говядину с перетертым перцем и орехами, как в Варшаве или Умани. Я не хотел, чтобы Лёня заметил, что я за ним слежу. В одной из лавочек он купил фалафель, и стал ждать. Я очень удивлялся, потому что, по правде говоря, это место не во вкусе Лёни. Он любит кушать форшмак в кафе «Стена смеха» на Рижском проспекте. Это там, где обычно обедал Сартр ,когда в семидесятых приезжал в Москву.
Замечание Кармана о «Стене смеха» напомнило мне историю, которую рассказывала одна американская бабушка, о том, как она встретила Жан-Поля Сартра.
Она говорила, что когда была еще молодой девушкой специально зашла пить колу в «Де Маго»в Париже, потому что это знаменитое место, и узнала Сартра, так как видела его портрет на обложке одного из американских изданий .Она была из Калифорнии, и подойти к его столу попросить автограф – для нее было привычное дело. Сартр пригласил ее присоединиться к нему и мадам де Бовуар. Она села, он угостил ее колой и все спрашивал, весело ли она проводит время в Париже, а сам щупал колено под столом. Знакомая подумала, что он по-своему милый, и решила посидеть подольше в этом кафе, чтобы повеселить его. А у нее будет история мирового класса.
Между тем Карман продолжал:
– Лёня вышел от Бакштейна и поймал такси. Я немедленно взял следующее. Это был день как будто созданный для наблюдения. «Следуйте за той машиной!» – сказал я водителю. «За преследование с вас плюс двести рублей», – буркнул таксист, отъезжая от обочины. «Идет!» – согласился я, и мы поехали. Мы держались за Леонидом до Китай Города.Там я его потерял. Вот и все, что я могу вам рассказать.Тут Карман распахнул полы пальто, на которых изнутри крепились контрабандные инсталляции и предложил мне купить чучело крольчонка, инкрустированное деталями от компьютера.
Я поблагодарил его и спросил Бакуменко, не знает ли он кого-нибудь еще, с кем я мог бы поговорить об Леониде.
– Конечно, – тут же откликнулся Сергей. – Человек, который обязательно поддерживает с ним контакт, это Толик Ганькевич.
– Кто это? – спросил я.
– Кинорежиссер. Вы, конечно, слышали о нем?
– Что то припоминаю.А что у него общего с Лёней?
– Я думал, вы знаете. Леонид у него работает.
– В качестве кого?
– Актера. Лёня и Толик встретились на вечеринке, и Толик решил, что Лёня в совершенстве подходит для его нового фильма.